Декабристы: герои или злодеи?
12:47, 19 декабря 2014г, Общество 5058
27 декабря (по старому стилю 14-го) 1825 года на Сенатскую площадь Санкт-Петербурга вышли одетые в офицерские мундиры первые российские «либералы» и были сметены с нее картечными залпами. В тот день из зачинщиков и организаторов этого выступления не пострадал никто. Согласно официальным данным, в ходе событий 14 декабря погибло «только» 1271 человек солдат да случайно подвернувшихся зевак-горожан, среди которых были женщины и дети.
Суд и вынесенные им приговоры декабристам были на удивление мягкими, учитывая, что судили государственных изменников, планировавших цареубийство. К следствию были привлечены 579 человек, из которых виновными были признаны 289 человек. К смертной казни первоначально были приговорены 36 человек, однако только в отношении пяти декабристов приговор к смертной казни через повешение был оставлен в силе. Остальные приговаривались к различным срокам каторги, ссылки в Сибирь, заключению в тюрьму, разжалованию в солдаты и переводу в действующую армию на Кавказ.
Рядовых участников бунта приговорили к порке розгами и шпицрутенам. Вместе с тем сроки наказания для многих начали сокращать уже с 1828 года, а в 1830-е большинство из отправленных на «вечную каторгу» были переведены на поселение и состояли на государственной службе.
С августа по октябрь 1826 года в Бийском гарнизоне служил разжалованный в солдаты бывший поручик Финляндского полка Николай Романович Цебриков (1800 – 1862). Цебриков не был членом Северного общества декабристов, но в день восстания присоединился к ним, несмотря на то что полк, в котором он служил, выступил на стороне Николая I.
После разгрома восставших он укрыл у себя одного из руководителей восстания и был арестован вместе с ним. Николай Романович был разжалован в солдаты, лишен дворянства и сослан в Бийск, а затем переведен на Кавказ. За храбрость, проявленную во время русско-иранской и русско-турецкой войн, ему вновь присвоили офицерское звание.
Другой декабрист, Павел Иевлев, был унтер-офицером в лейб-гвардии гренадерском полку и вместе с ним принял участие в восстании. Сосланный в Сибирь, он служил в Семипалатинске, а в 1836 году по состоянию здоровья был переведен в инвалидную команду Бийского гарнизона. Только в 1845 году его освободили от военной службы.
Женщины без голоса, образование платное
Сегодня, когда с того времени прошло уже около двух веков, после пережитых Россией чудовищных социальных катаклизмов стоит, пожалуй, попробовать ответить на три вопроса, связанных с зарождением в России источника этих самых катаклизмов. Кем были декабристы? Чего они добивались? И что, вероятнее всего, произошло бы в России в случае их победы?
Сразу стоит сказать, что люди, поставившие себе главными задачами свержение монархии, введение «либеральных» законов и отмену крепостного права, все до единого были крепостниками. И если они так уж мечтали об освобождении крестьян, то начать по логике стоило бы со своих собственных.
Что же касается «либеральных» законов, то имелся у руководителя Южного общества декабристов полковника Павла Пестеля, к примеру, проект окончательного решения еврейского вопроса. Всех последователей закона Моисеева предлагалось «депортировать на историческую родину». Переселение планировалось за государственный счет под конвоем войск.
Верховная власть передается Вечу Земли Русской. Вводится всеобщее избирательное право, но с существенными нюансами. Например, имущественный ценз. Избирать и быть избранными смогут только крупные землевладельцы, причем на женщин эти права не распространяются вовсе. Образование только платное.
В революционном манифесте объявлялось об уравнении всех граждан перед законом, объявлялись свобода печати, вероисповедания, занятий, введение гласного суда присяжных. Все правительственные чиновники должны были уступить место выборным лицам.
Звучит заманчиво, но и обещания большевиков, до того как они пришли к власти, тоже звучали более чем либерально, а что было дальше, известно. Практически через несколько дней после утверждения ленинской партии у власти последовали расстрел мирной демонстрации в защиту Учредительного собрания (когда было убито более 20 и ранены сотни человек), закрытие большинства газет, затем появился институт заложничества и т. д. Оснований думать, что декабристы в случае их победы вели бы себя более «тактично», не имеется.
«В целях экономии…»
Видный русский политик и публицист начала XX века Н.Е. Марков писал: «Только выдающееся мужество и решительность молодого императора Николая Павловича спасли Россию от кровавых ужасов революции, которая, конечно, смела бы всех этих баричей декабристов и перешла бы в пугачевщину и истребление всех «господ».
А кроме прочего, хоть и не хочется об этом говорить, были руководители восстания декабристов людьми хоть в части своей и смелыми, но столь же подлыми.
Николай Бестужев в своих «Записках» рассказал о том, как после заседания членов тайного общества 27 ноября «Рылеев, брат Александр и я... решились все трое идти ночью по городу и останавливать каждого солдата... и передавать им... что их обманули, не показав завещания покойного царя, по которому дана свобода крестьянам и убавлена до 15 лет солдатская служба. Это положено было рассказывать, чтобы приготовить дух войска...»
Выведенным на площадь солдатам декабристы приказали кричать: «За Константина и Конституцию!», попутно объяснив, что Конституция – это жена великого князя Константина Павловича, но при этом «забыв» сообщить, что Константин Павлович отрёкся от престола в пользу младшего брата Николая. Российские «якобинцы» не задумываясь пошли на преднамеренный обман малограмотных солдат, нисколько не смущаясь тем, что в случае неудачи эти обманутые солдаты понесут наказание.
Все члены императорского дома Романовых по планам декабристов должны быть высланы из страны навсегда, а ещё лучше поголовно уничтожены. Декабрист Штейнгель, например, «в целях экономии» предлагал повесить членов императорского дома на корабельных мачтах «гирляндами» – петля для очередного казнимого привязывается к ногам его предшественника, на которой вешается очередной великий князь или княгиня, к ногам которых крепится ещё одна удавка, и так далее.
Надо плакать и молиться
Один из последних участников мятежа на Сенатской, Матвей Иванович Муравьёв-Апостол, скончавшийся в 1886 году, признавался в конце жизни, что «всегда благодарил Бога за неудачу 14 декабря», и говорил, что это было совершенно не русское явление и что вообще декабристы жестоко ошиблись, так как «Конституция не составляла счастья народов, а для России была совсем непригодна».
После участия в восстании декабристов он провел 30 лет в ссылке в Алтайском горном округе. По манифесту 26 августа 1856 года, объявившему амнистию декабристам, Муравьев возвратился в Центральную Россию и поселился в Москве.
Когда в одну из годовщин 14 декабря какие-то либералы поднесли ему лавровый венок, Матвей Иванович чрезвычайно возмутился и рассердился. «В этот день, – закричал он на незваных гостей, – надо плакать и молиться, а не праздновать!» – после чего выставил их за порог.
«Я не могу оправдаться перед Его Величеством, я прошу только Его милости: пусть Он соблаговолит использовать в мою пользу самое прекрасное право своей короны – помилование, и вся моя жизнь будет посвящена признательности и безграничной привязанности к Его Лицу и Его Августейшей Семье», – писал из заключения Николаю I первый декабристский кандидат в Буонапарты Павел Иванович Пестель. Тот самый, что в написанном им «Русском праве» предполагал в случае прихода к власти создание подчинённой правительству тайной полиции из 140 000 «предельно преданных» тайных шпионов плюс ещё аппарат в 4000 сверхшпионов, находящихся в непосредственном подчинении диктатора и контролирующих правительство. Закрытые процессы над инакомыслящими, запрещение любых общественных объединений, самый жесточайший внутренний террор против каждого, заподозренного в реакции, – это тоже его постулаты.
Поэтому, как ни относись к декабристам, обращаясь к историческому опыту, практически однозначно можно утверждать: их победа означала бы начало страшной усобицы в России. Каковы были бы ее результаты, неизвестно, однако здесь стоит, пожалуй, обратиться к высказыванию французского философа и писателя Мишеля Монтеня – его знаменитая книга «Опыты» впервые вышла в свет в 1590 году, а писал он ее, когда во Франции кипела гражданская война…
«Жертвы и ужасы, совершаемые для улучшения общества, приносят всегда настолько мизерные результаты, что лучше уж отказаться вовсе от этих результатов, чем платить за них столь огромную цену…»
Думается, что это утверждение не утратило своей актуальности и по сей день.